Михалева: Я люблю справедливость, а остальное мне до лампочки

Имя Николая Корбута широкой общине непонятно. О нем не докладывали независящие СМИ. Хотя его деятельность в распространении правдивой инфы заслуживает почтения. Им не интересовались правозащитные организации, хотя он пострадал за свои взоры.
Николай Петрович Корбут, низкий, худощавый, с тонкими чертами лица мужик — пенсионер из деревни Михалева, что под Бобруйском. Николай Иванович всю жизнь строил дома для фермеров. Они и сейчас на фоне аграгарадковых построек смотрятся более комфортными и основательными.
Он, можно сказать, совсем независящий человек. Сам выстроил собственный дом. Сам выращивает еду. Он даже сам выпекает для себя хлеб и готовит красивые настойки.
Николай: "Мне предложили уволиться по собственному желание".
Корреспондент: "А по какой причине?"
Николай: "Причина — моя бурная деятельность против имеющегося стиля жизни, против имеющейся власти. Читал газеты, которые у нас типо воспретили — "Народная воля", другие газеты. Люди желали знать правду. Но есть и "шестерки", которые доложили председателю колхоза. И председатель вызвал "на кавёр" и предложил по тихому сценарию. Подай заявление на собственное желание, нам такие люди не необходимы ".
Корреспондент: «А что вы делали? Просто читали газеты? Либо вы их распространяли? "
Николай: "Я давал неким, которые желали читать. Да не все желали. Некие, когда лицезреют заголовок "Народная воля", руки скрывали даже. А другие люди желали правду выяснить. Часто неким людям давал записи передач "Свободы". Слушали люди, благодарили. Еще просили.
Я еще записывал новые передачи. Ну, а позже испортился магнитофон, и источник познаний пропала. Пришлось газеты, нарезки делать. На этом я и погорел. Сделал щит в коридоре, в гараже. На механическим дворе, где собирались каждый денек все трактористы, более пятидесяти человек, шофэры. Все читали, все были довольны. Но всякие есть люди ".
Корреспондент: «Но вы не жалеете о собственном поступке?"
Николай: "Я, естественно, не жалею. Чего здесь жалеть? Председателя приходят и уходят. А люд остается. Люд уважает, если обычный человек ".
Деревня Михалева — это три деревни. Они так и именуются — Михалева-1, Михалева-2 да Михалева-3. И сходу оказывается на виду отсутствие в таком большенном селении церкви. Хотя место, где она была, угадывается с первого взора — на холмике, около пруда. Дама, которая живет около холмике, не отказалась от разговора.
Дама: "Дом этот необыкновенный. Тут когда-то жил поп. И по картотеки этого дома уже 100 лет. Спиться тут очень отлично. Я здесь отсыпаюсь ".
Корреспондент: "А Петровича тут уважают ли воспринимают как чудака?"
Дама: "В неком роде, да. В особенности перед выборами, как он политику свою пропагандировал. Его здесь ругали ".
Корреспондент: "ругали начальство?"
Дама: "Нет. Рядовые ".
Корреспондент: "А за что?"
Дама: "Что им живется не так и плохо".
Чтоб побеседовать с людьми, которым живется хорошо, я пошел по Михалева. Прошлый парторг бывшего колхоза имени Дзержинского Борис Петрович, приземистый, с колющейся взором — мужик во всех смыслах положительный и политически подкованный.
Борис: "Деревня как деревня. Уже некоторому жить в деревне ".
Корреспондент: "А почему такая деревня большая, а церкви нет?"
Борис: "А для чего она, церковь та? Что оно делает? Ну, что оно делает? Ранее церквей столько не было. И при царе. Это на данный момент уже стали строить. Все уже будут молиться, все грехи адмоляць. Кто желает — молится, а кто желает — водку пьет. Каждому свое ".
На корреспондента американской радиостанции прошлый парторг смотрел, не скрывая собственного ли не агрессивного дела как к вашего преданного слуги, так и к моим заморских владельцев.
Борис: "Захотели демократию. Буша внемлют. Нам не позволяет расстрел делать, а сам стреляет. Ирак разбомбили. Югославию разбил, и он демократ. Афганистана диктуют, Ираке диктуют, Иран желают задушить, Корею желают задушить. Желают забрать нефть, чтоб у их была доступная и больше ни х … "
Корреспондент: «Но Лукашенко все делает верно?"
Борис: "А кто из их делает верно? В Рф делают верно? Никто нигде не делает верно. Нигде не делается верно. А здесь что? Тогда молоко стоило, мне платили за литр молока 25 копеек, хлеб 14 копеек, а бензин был 7 копеек. А сейчас принимают за 300 рублей. А бензин сколько? А хлеб сколько? "
Вот здесь, если честно, я был незначительно удивлен. П
резидент делает что-то некорректно? Услышать даже намек на такое, да еще из уст бывшего партработники … Нет, деятельность государя Корбута не потеряна.
Но то, что я услышал от последующего собственного собеседника в адресок власти, плохо вписывается в хоть какой радийный формат.
60-летний Иван, который приехал в Михалева посодействовать теще, всю свою жизнь проработал на вредном производстве Бобруйского шинного комбината. За эти долгие рабочие годы у государя Ивана накопилось много теплых слов в адресок высшего управления.
Иван: "Понимаешь, до того как пенсию дать, он — фюйть, пенсии его нет. Для чего тогда вообщем давать? Вы цены оставьте те, которые есть. Не нужно увеличивать. Это мое слово. Другое дело мое. Вообщем. Не успели получить пенсию — уже 25 процентов. Вы давайте пенсию и не увеличивайте цен ".
Слов накопилось настолько не мало, что я, признаюсь, утомился вырезать более искренние.
Иван: "Я терпеть не могу эти дела. Я против этого вообщем. Я никого не боюсь. В кутузку меня никто не посадит. Полиция, е .. т.. м.., получает втрое больше, если на то пошло. Где справедливость? Парламент в него. Что все-таки вы делаете? С нового года все льготы — п. .. ц. Кто в Чернобыле был — все.
А я х .. рыл 30 лет на шинном. Также льгот нет ни х .. я. А ведь я дышал этой сажей. И лишился зрения от этого. За свои средства иди глаза стал, хрусталика. Ну, разве это жизнь? Да хорошо. Ему отлично. Я люблю справедливость, а остальное мне до лампочки. Х.. Риной заниматься не нужно. То, что он дает, сразу конфискует ".
Эта огненная речь не была сольным номером. В собственных идей Иван далековато не одинок. И это только сентябрьских малозначительное увеличение цен порождает такие эмоции …
Михалевский СПК — обычное хозяйство с обычными на сегодня неуввязками. Дебоширство, малый бюджет, отсутствие обратных средств. Еще 20 годов назад свиной стадо насчитывало 15 тыщ голов. Сейчас чуток более тыщи.
Об былое величие бывшего колхоза ярко свидетельствуют построенные Николаем Корбутом коттеджи, которые и сейчас не утратили собственного шарма. И как всюду, больше всего болит за родное хозяйство бывшему агроному.
Чем больше я слушаю бывших профессионалов, тем увлекательнее становится. У каждого свое горе, и у каждого свое видение выхода из кризиса.
Корреспондент: "Частник — он может вынуть сельское хозяйство либо нет?"
Василий: "Для этого необходимо интересовать, а не на задворках оставлять этого фермера".
Корреспондент: "Провоцировать".
Василий: "Необходимо, чтоб на уровне, как колхозы обеспечиваются. Если б однообразное хотя бы отношение было ".
Василий: "Мой дед либо отец в свое время, чтоб сделать этот колхоз, завел жеребца, плуг, тележка, корову. Вроде бы там ни было, этот колхоз развивался. К 1990 году. Пик, будем так гласить. После отец погиб, его собственность осталась в этом колхозе. Куда она ушла? Для чего она ушла? Она должна передаться, как наследство, от отца к отпрыску. Делали эти ценности, а они в никуда уходят ".
Корреспондент: "Может быть ли вырастить этого владельца нового, когда уже столько поколений …"
Василий: "Нельзя на данный момент землю дать крестьянину. Ни при каких обстоятельствах. Нужно его приготовить, изучить и т.д.. Но у каждого человека должна быть неизменяемая его работы зафиксировано в этом колхозе. Чтоб он знал, что, к примеру, "у меня там на 100 миллионов — мое". Средств, имущества. И если я скажу: "Ребята, я не желаю с вами, я желаю один", я должен это имущество взять и пойти без помощи других работать. А так что? Он, как был бесправен, этот колхозник, таким он и остался ".
У государя Николая не так давно сломался магнитофон, на который он записывал наши передачи. Потому слушателей "Свободы" в Михалева резко уменьшилось. Но магнитофон не неувязка.
Корбут не колеблется в том, что в какой-то момент Беларусь возвратится к самой для себя. И, кстати, находит неплохой символ на будущее в истории села.
Николай: "Молвят пенсионеры, ранее тут жили два брата. Была мельница водяная. В этих 2-ух братьев, Миши и Леонтия, был собственный хутор, свои рабочие люди. А позже, как уже раскулачили, все это пропало, пришла русская власть. А память осталась.
Поглядели люди, что лучше не стало жить. Они вспомнили тех братьев, Миши и Леонтия. Миха и Лева — Михалева удалось. Их пробовали в русское время переименовывать. Пробовали "Большевик" именовать. Не прижилось заглавие … "

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: