Календарь

Октябрь 2014
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Сен   Ноя »
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Архивы

В передаче Знич, Ольга Гапеева, Алесь Жук

Создателей и произведений
Зьнича: "Королевство Небесное В НАШЕМ Сердечко"
"За стенкой" — 3-я книжка стихов поэта Зьнича. Ранее узрели свет "Соната перепутья" и "Эхо молитвы", выданные еще в то время, когда создатель жил мирским жизнью под своим реальным именем-фамилией Олег Бембель. Заглавие нового сборника случайна — он писался в Жировичском Свято-Успенском монастыре, где Знич (после пострижения приняв имя Николай) живет более 10 лет. Воспользовавшись по поводу возникновения новейшей книжки, с поэтом повстречался Михась Скобла.
Михась Скобла: "Брат Николай, так как книжка" За стенкой "писалась за монастырской стенкой, а печаталась в Слонимской типографии, то в других уголках Беларуси ее пока не лицезрели. О чем она, каковы ее главные темы? "
Священный огнь: "Бога-Человек и катастрофа блудного отпрыска, любовь небесное и страсти земные — главные и побочные темы книжки. Содержание очень верно обозначен на обложке. На первой страничке — сердечко на фоне Вселенной. Оно разбито стенкой на две части. В высшей части — Господь Христос, Богородица, святые. А в нижней части сердца — дух злой, бес и его черные ангелы. И вот стоит душа людская оголенная … Куда она попадет? По одну сторону стенки, либо по другой … На 2-ой страничке обложки — бело-красно-белая плащаница, которая накрывает Европу ».
Скобла: "Тираж книжки — 1000 экземпляров. Понятно, что не все сторонники вашего творчества сумеют приехать за ней в Жировичи. А где ее можно приобрести за монастырскими стенками? "
Священный огнь: "Я был приятно удивлен … Но от всего тиража у меня осталась микроскопичная горстка, все другое как-то моментально разошлось. И друзья приезжали, и читатели. Я был рад им содействовать. Так моментально и разошелся весь тираж. А где можно приобрести? Ну, может, в минских братчиков незначительно осталось. Я имею в виду Братство имени Константина Острожского. Братчики приезжали ко мне и проводили презентацию книжки ".
Скобла: "Вы имеете музыкальное образование — в свое время закончили Белорусский консерваторию. Не поэтому ли и книжка имеет "музыкальный" подзаголовок: "соната возвращения". А возвращение куда и к чему имеется в виду? "
Священный огнь: "Возвращение блудного отпрыска. Под ним понимается весь наш порочный человечий род и каждый его представитель а именно. Потому конкретно человеческое сердечко на обложке и является эмблемой книжки. Возвращение на путь правды происходит сначала в сердечко. И только от нашей свободной воли зависит — возвращаемся мы к Господу, или возвращаемся на круги своя — на пути блудного отпрыска ".
Скобла: "В одном из стихотворений вы обращаетесь к выпускникам Слонимской гимназии № 1:" Запомним, пацаны и девицы, пароль — две тыщи двадцатый ". А что значит этот пароль? Который пройдет через 13 лет? "
Священный огнь: "Жировичская обитель началась, можно сказать, из усадьбы вельможи Александра Солтана. В 1520 году произошел большой пожар, и древесная церковку, в какой Жировичский икона зьберагався, сгорела. И задумывались, что икона также погибла. Но через некое время детки, возвращавшиеся из монастырской школы, узрели ее на камешки. И вот 1520 год — это год возникновения белорусам Богородицы. А в 2020-м будет 500-летие этого действия. Это будет глобальное праздничек! И у нас есть план вернуть до сего времени усадьбу Солтана. Всем миром, при помощи страны, потому что сами такую дело мы не осилить. Осталось тринадцать лет. Хотелось бы успеть ".
Скобла: "Вы в монастыре уже одиннадцать лет …"
Священный огнь: "Уже двенадцатый пошел".
Скобла: "А какое из монастырских повиновении давалась сложнее?"
Священный огнь: "Какое-то одно тяжело выделить. Можно здесь вспомнить слова старцев, которые предупреждают новых жителей монастыря: "В монастыре тяжело только 1-ые 10 лет, позже понемногу становилось легче". И я по для себя это чувствую. Монастырский режим стал моим, хотя он очень грозный, близкий к военному ".
Скобла: "Посещая вас в Жировичском монастыре, я зашел в монастырскую книжный магазин и, к большенному огорчению, посреди тыщ (!) Разных изданий не отыскал ни одной белорусского книжки. Как откликается ваша душа на чтение духовной литературы по-русски? "
Священный огнь: "Ты, брат Миша, видимо, плохо находил. Там на сьвечницы лежит поэма неведомого иноки "века люстра" на белороссийском языке. И она очень отлично расползается, не успеваем допечатывать. Так чт
о есть в нашем книжном магазине белорусские издания. Кстати, на данный момент готовится к печати базовая "История Жировицкой обители" на 3-х языках — белорусском, российском и британском ".
Скобла: "Согласитесь, поэт-монах — такое сочетание встречается очень изредка. А кого вы считаете своим предшественником, духовным наставником? "
Священный огнь: "На этот вопрос я когда-то пробовал ответить в собственном стихотворении" Духовный родословную: "Кто из сердцем моим созвучен? Из числа тех, кто ступали по земле и в вечность к Богу отошли? Шопен, Бетховен, Федор Тютчев … "Всех и не перечислить. Различные лица различных времен и племен воздействовали на мою душу. Но, конечно, единственный Учитель — это Бога-Человек. Ну, и те, кто за Ним шел эти две тыщи лет ".
Зьнича. СТИХИ С Книжки "за стенкой"
Беларусь
…Не много верующих застала Спасатель, когда придет в славе — 2-ой раз … Не дай бог, чтоб и посреди нас Он сам одних Христа-продавца …
…Он оставил нам свою церковь (не осколки бесавых "конфессий"), — Сам ее возглавил — как … ВОСКРЕС! .. — Й плащаницей подернул нам голову …
…Боже, осознать помоги — нам и всем земном законодателям: мы — во времени и вечности — со Спасателем … мы — и на Фаворе … й на Кресте …
Исповедь
…Мне платят серебряники … а я кручу хвостом вокруг Церкви Христовой Православной … У измены тот — дальной и недавнешней — мгновения и веки — под спасовал Крестом …
…Петля мне снится … гортань ночкой сжимает … А жить желаю … и незапятнанным быть желаю … И все вокруг Церкви кручу и верчу — как длина хвоста мне позволяет …
*** … Неприятель разжигает недоверие — чтоб из памяти грешника стереть: мы имеем вечное — тут и на данный момент — Королевство Небесное в сердечко …
*** … Пытайтесь в мире посреди друзей — непохожесть и разномыслие … А над всем — не гнев и тупость — а Багаверная любовь …
…На сердечко положим для себя и на плечи каждодневный подвиг незапятнанного малыша — в мире унаявицца надолго закон — не подлости, а Божией благодати …
*** Королевство Небесное снутри нас …
…Преуспеть птица золотая, жаждала свободы и света … А свобода как будто все не та: ей мама клеточкой была …
…Выпорхнула птица золотая на простор взрослую пахотных полей … Ну и тут свобода все таки не та: ближние ей клеточкой были …
…Отдал Господь любовь птице этой … Неземное блеснула свет … А свобода — кое-где над миром: ей совесть клеточкой было …
…Но повсевременно — Келли адхланьня, так соединила работу и сердца жар: так, не кидай ближнем повиновении и прими без ужаса Божий дар …
…А если душа взлетела к Богу — на простор извечного света — понятно — в раю — видя: ей нечестие клеточкой была …
ЛИТПРАЦЭС
Ольга Гапеева: "Желаю переводить белорусского поэта на китайский, а китайские НА БЕЛОРУССКИЙ"
От первого июля в чешском городке Брно в течение месяца проходил фестиваль белорусской литературы. Каждый вечер один из 30 участников фестиваля читал свои произведения, а на большенном экране высьвечвалися их переводы на чешский язык. На деньках после собственного выступления перед чешской аудиторией из Брно возвратилась самая юная белорусский участница фестиваля Ольга Гапеева. С нею гласит Валентина Аксак.
Валентина Аксак: "Ольга, после собственного выступления в Брно в эксклюзивном интервью для нашего радио вы произнесли практически последующее:" Чехи удивлены тем, что в Беларуси столько талантов ". Скажите, пожалуйста, а чем вы лично падивляли там чехов? "
Ольга Гапеева: "Я читала свои стихи как из первой книги, так и с новейшей, которая еще пока не вышла, а позже еще читала отрывки из первого романа« Реконструкция неба ", и маленький кусочек из нового романа, который пока еще не имеет наименования . Так что вышло, что я читала как стихи, так и прозу. Большая часть людей позже подходили и гласили: огромное спасибо. Им понравилось ".
Аксак: "В свои 20 5 лет вы уже создатель 2-ух книжек поэзии, 2-ух романов, пьесы. Попутно к тому же занимаетесь научными делами — Обследуйте половые задачи. Как для вас удается все это соединять? "
Гапеева: "Конечно, это не просто, но я стараюсь".
Аксак: "Кроме всего упомянутого вы оправдывают к тому же стиль выпускницы Лингвистического института — занимаетесь переводами, что позволило неким людям, которые пристально смотрят за вашей творчеством, гласить, что вы — активный пропагандист белорусского литературы за рубежом".
Гапеева: "Да, вправду, я занимаюсь к тому же переводами, так как это моя 1-ая образование.
Мая специализация — британский и германский литературы. Я переводила много с британского, сначала традиционных создателей. С германского перевожу современных писателей, произведения которых мы отбирали для сборников "Линия Фронта-1" и "Линия фронта-2". Ну, и в планах у меня каким-то образом изучить китайский язык так, чтоб донести белорусскому читателю и китайскому соответственно произведения китайского и белорусского современной литературе, так как мне кажется, что этот пласт работы у нас пока еще не поднят. Это что касается конкретно современной литературы, ведь классика переводилась, и она каким-то образом доступна для чтения ".
Аксак: "Я знаю, что у вас есть также переводы с белорусского литературы на зарубежные языки. Я желала бы спросить о их ".
Гапеева: "Да, есть. И а именно, я переводила на британский произведения Григория Бородулина. Мы с другими переводчиками делали по-английски его книжку "Ксты". Это была очень томная работа. Я для вас скажу, что переводить Бородулина очень трудно, так как его поэзия — это то, что должно быть прочитано на языке оригинала ".
Аксак: "А вот вы как создатель довольны тем, как переводятся на зарубежные языки ваши произведения?"
Гапеева: "Что я могу сказать о переводах на германский язык, так это то, что был красивый переводчик, поточнее, переводчица Мартина Мрохен. Но, как по моему критичный взор, есть там места, которые я перевела бы мало по другому. Я не вижу в неких местах нужды поменять некие фразы, их можно было бы перевести несколько поближе к тексту. Мне кажется, что с такими людьми, как я, которые знают языки, переводчиком сложнее, так как мы всегда можем прочесть перевод, сопоставить с оригиналом и попросить кое-что переработать. К примеру, у меня есть стихотворение с таким последующей строчкой: "Я не могу гласить, как комфортно, что" х "и" с "да рядом на клавиатуре". Там выходит игра слов "любить-говорить", и я понимаю, что в германском языке можно было сохранить эту игру ("ligen-liben"), но почему-либо переводчица избрала другой вариант ".
Аксак: "Согласны ли вы с таким шутливым изречением: читать переводы поэзии — это все равно, что нюхать розу через стекло?"
Гапеева: "Можно с этим согласиться, но с другой стороны, если согласиться с таким изречением, то тогда отпадает вообщем необходимость перевода как явления и работы переводчика а именно. Если гласить о стихотворный, конечно, перевод ".
Аксак: "И смысл таких фестивалей, который проходил в Брно?».
Гапеева: "Сэнст таких фестивалей чуть-чуть в другом … Его устроители сделали все вероятное для предоставления белорусского литературы и пригласили в Брно вправду увлекательных профессиональных создателей. Мне кажется, что это очень тяжкий труд — собрать столько людей и столько переводов сделать. Им всем можно только поблагодарить ".
Критика
Анатолий Сидоревич. Вновь про Александра Жука
Алесь Жук. Заходящее солнце: Избранное. Минск, Художественная литература, 2006
Я, может, не совершенно о том, что вышла книжка избранных произведений Алеся Жука, ведь, если обернуться, то мы увидим, что со сборниками избранных произведений писателю более-менее везло: вспомним и "полустанок возвращения" (1981), и двухтомник 1993 -1994 годов. В новейшей книжке помещены произведения, которые печатались и в «полустанке …", и двухтомнике, и произведения, которые не попали в книжки да перадруковваюцца из журнальчика "Полымя" десятилетней давности.
Я специально не стал читать вступление к этой книжке, написанную академиком Владимиром Гниломедова, ведь, кажется, знаю Алесеву творчество нязгорш. И к тому же, уже достаточно издавна, потому что кое-где в конце 1970-х либо сначала 1980-х, делился своими идеями о его прозу. Помнится, то моя статья называлась «От слуцких полей", так как Александр — писатель как белорусский и языком, и чувствами до нашего общего Отечества, так и Слуцкий. В его произведениях я встречаю знакомые наименования, которые греют душу: Слуцк, Грэзак, Грозовок … И мне, Пинчук, знакомые места!
Алесь Жук — слуцкий писатель не только лишь так как его герои живут в Слуцком районе. Не только лишь так как они молвят на языке Случак — том языке, которая, по утверждения Антона Луцкевича, легла в базу нашего литературного языка.
Мне издавна нужды нет, и все никак не приложу времени написать что-то (эссе не эссе, статья не статья) о Леона Бушмар из одноименного произведения Случека Кузьмы Темного и о Игнатия горшки с повести Алеся
Жука "Горшок". Они, герои Кузьмы Темного и Алеся Жука, живущих в различных исторических критериях, но что Алеся Игнат Горшок — бушмаравски тип, думаю, никто не станет спорить. У классика и его последователя, ученика-земляка, пожалуй, однообразная тенденция. Мне увлекательны и эти авторские тенденции, и чем они вызваны, но мне увлекателен и сам бушмаравски тип белорусского крестьянина — не много сказать трудолюбивого, но наделенного, говоря словами Янки Брыля, глуповатой белорусском трудолюбие. Крестьянина, который просит таковой же трудолюбия от других, который желает быть вполне самостоятельным, сам для себя владельцем, независящим от властей, от того окружения, в каком живет. Крестьянина, который в базе собственной злосчастный, обреченный если не на актуальное трагэдыю, то на острую актуальную драму.
И когда Игнат Горшок — это бушмаравски тип, то Анета из повести «Холодная птица" — смею сказать — тип белорусское дамы, выведен конкретно Алесем Жуком. Мне так и охото сказать, что в нашей эпической прозе образ белорусское женщины-труженицы, дамы, и свое хозяйство пыниць, и от всей души, честно — так как по другому не умеет — работает на колхозной барщине, и малышей растит, лучшим выведен Алесем Жуком в " прохладной птице "и Василем Быковым в" Знаке неудачи ». Анета и Сьцепанида Богатька … Снова же, увлекательная и, думаю, признательная тема для читателя и для критика.
Я помню, как в свое время практически вся "читающая публика" Русского Союза, в том числе Беларуси, с экстазом гласила о "Прощание с матерыми" Валентина Распутина. И уже не помню, кто (пусть мне простят) произнес: да у нас же есть собственный совсем равноценный произведение, написанное Александром Жуком сразу с "Прощание с матерыми", а мы, такие умеренные, молчим о собственном. Анета Жука, Сьцепанида Быкова и Анна Распутина: три дамы на финале жизни. Либо написал кто такую работу? Вобщем, с компаративистики в нашем литературоведении всегда были препядствия. В "Энциклопедии литературы и искусства Беларуси" и в "Белорусском энциклопедии" даже статьи такового нет … '
Люди на финале жизни. И жизнь это, оглядываются они, было больше горестное, чем удовлетворенное, прошло в тяжеленной работе, в борьбе с обстоятельствами за возможность жить в умеренном достатке, в умеренном комфорте. Не такое жизнь представлялась, думало в самом начале.
Читая "Сны о маме" Алеся Жука, рассказ о самом родном писателю человека, невольно вспоминаешь слова Константина Случевского, вынесенные Мишей Стрельцов в эпиграф рассказа "На 4-ый год войны": "И капля Волн Полн катастрофа, и неизбежности полной». Еще одна наша малая "домашняя сага", в какой, опять-таки, не только лишь о мамы, о бабушке и папе, да и об их времени, об их поколение.
Не 1-ый раз читая эти произведения Алеся Жука, я сделал вывод, что так именуемого социалистического реализма в Алеся Жука в то, русское, время практически не было. Больше было реализма общественного. А понятно, что чем больше общественного реализма, тем меньше "социалистического". Конкретно к реализму общественного, к актуальное правды, к культуре речи и выражения по примеру собственных старших наставников и друзей, чьи имена я уже именовал, старался Алесь в русское время. И потому его произведения читаются и вторым, и третьим совместно.

SQL - 14 | 0,775 сек. | 7.27 МБ