Календарь

Май 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Апр   Июн »
 12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Архивы

В Доме литератора Анатолий Вертинский и Юрий Залоска

Общество

ЛИТПАДЕЯ

Юрий Залоска: "ВСТРЕЧИ С Быковым — ЭТО ЕДИНЫЙ ШАНС, КОТОРЫЙ Я имел в журналистских жить"

В издательстве "Медысонт" вышла книжка "Правда как религия". Ее автор — бывший журналист, а ныне доктор философии и православный священник Юрий Залоска. Под обложкой его книги, на которой стоит гриф "Книжная лавка писателя», собраны интервью, диалоги и беседы с Василем Быковым, а также замечания, размышления по поводу и дневниковые записи автора, сделанные во время встреч с народным писателем. С Юрой Залоска говорит Валентина Аксак.

Валентина Аксак: "Когда произошла ваша первая журналистская встреча с Василем Быковым, вам было всего 23 года. Вам не было страшно задавать вопросы человеку, который уже был чуть ли не самым известным и авторитетным в стране? Не было ли у вас внутренней предостережения относительно того, как народный писатель воспримет вопросы молодого журналиста? "

Юрий Залоска: "Творческого страха не было, может быть, был страх психологический, связанный с тем, что это была первая встреча. Но я был готов к этой встрече. Где-то с 88-89 году я начал следить за публицистикой Василя Быкова, не художественными произведениями, а именно публицистикой. Быков тогда стал народным депутатом Союза, получил Всесоюзную трибуну — газеты "Правда", "Известия" — и печатался там. Я обратил внимание на его статьи, интервью — они были такие концептуальные, социологические, Социополитические, и у меня накопился хороший архив этой публицистики. И когда я начал работать в "Лиме" в январе 91-го, то через год, когда освоился в профессии, почувствовал готовность пообщаться с Василь ».

Аксак: "Вы помните ту встречу?"

Залоска: "Я помню ее, как ныне. Это был январь 92-го. Если с благословения главного редактора "Лиму" Николая Гиля я позвонил Василия Владимировича, то он попросил подготовиться к интервью и принести вопросы в письменном виде. Я ответил, что завтра могу их принести. Назавтра я перезвонил и привез на Танковой машинопись вопросов. Встреча была очень короткой. Мы поздоровались, я показал вопросы, Василь их взял и сказал: "Ждите. Я когда приготовлю ответы, вам позвоню и вы сможете их забрать ".

Аксак: "А если вы пришли к Быкова с диктофоном?"

Залоска: "Прошло время, года три. Случились президентские выборы 94-го, затем случился референдум 95-го, состоялась кризис и нашего движения возрожденческого, и идеи национальной, и того, во что мы верили, и я почувствовал внутреннюю потребность пообщаться с Быковым на эти темы. Но Василий Владимирович снова попросил письменные вопросы. Я их подготовил. Они касались чисто литературы, как раз журнал "Источник" готовил фигура Быкова и нужно было сделать с ним интервью. Я поехал на квартиру, отдал вопросы, а затем включил диктофон и начал спрашивать о политике, о том, что случилось, и хотя мы об этом не договаривались, Василь начал отвечать ".

Аксак: "А когда состоялась ваша последняя встреча с Быковым?"

Залоска: "Она состоялась в июне 95-го, когда я возил на подпись его ответы для" Криницы ", уже сняты с ленты. Он как раз спешил на дачу, но я тогда почувствовал, что вот это последний мой шанс общения с этим человеком, больше этого шанса не будет, и надо спрашивать. Поэтому я начал настойчиво, но в меру культурно задавать вопросы о его гродненский период, об эволюции взглядов, о том, как он начинал. И Быкова это захватило. Он не поехал на дачу и мы долго говорили тогда ".

Аксак: "Но та беседа тогда не была нигде опубликована, да?"

Залоска: "Да, и случилось это по разным причинам. Я подготовил течение лета 95-го вторую книжечку моих бесед с Быковым, но издательство, где я работал тогда редактором, начало побаиваться соответствующих изменений в стране социополитических и … "

Аксак: "Понятно. А совпали ваши впечатления от личных встреч с Василем Быковым с тем образом, который у вас, возможно, сложился по его произведений? "

Залоска: "Было полное совпадение образа и реальной личности. Все-таки публицистика — тот жанр, в котором он откровенно высказывался, напрямую. Просто изменились темы интервью в связи с нашим возрождением первой половины 90-х. Ряд этих встреч, диалогов, устных и письменных, — это единственный шанс, то большой шанс, котор
ый я имел в своем журналистском жизни, и он реализовался в виде этих текстов ".

Аксак: "В книгу, помимо интервью и диалогов с народным писателей вы включили и ваши личные замечания и рассуждения по поводу тех встреч и выдержки из дневников, а также записи выступлений Быкова и его ответов на вопросы читателей. Почему вы так решили скомпоновать книжку? "

Залоска: "Чисто диалоги не дают представления о антураж, о подробностях встреч и мысли автора по поводу. Кроме того я тогда заканчивал как раз журфак БГУ и темой моей дипломной работы была стилистика публицистики Быкова. Некоторые тезисы из нее попали тогда в дневник, а теперь вошли в книгу ".

Аксак: "А почему так долго не выдавалась эта книжка?"

Залоска: "Наверное, нелепо было раньше выдавать. Даже и мысли об этом не было, хотя макет книги существовал, но моя отсутствие на родине, учеба, затем духовенство, особенно в начальный период, не давали ощущения, что надо заняться снова Быковым ".

Аксак: "Василь Быков — тот художник, который не в почете у нынешней власти. А у вас как у православного священника нет здесь каких-то проблем с этим?

Залоска: "Существует все-таки водораздел между духовенством и творческой жизнью. Наша иерархия не вмешивается в творческую или научное жизнь священников, если эта деятельность не направлена против института церкви, против христианства. Быков был очень близок к христианству, он без деклараций своей веры, своей церковности, которой внешне мы не видели, как личность был очень близок Евангелию ".

Авторов и произведений

Анатолий Вертинский: "многие строки Нины Матяш СТАЛИ Завет"

6 октября в Белоозерске на Брестчине прошли поэтические чтения памяти поэтессы и переводчицы Нины Матяш. Почти трехчасовое поэтически-музыкальное действо при полным зала в местном Дворце культуры еще раз засвидетельствовала, с которой почести и любовью относятся белаазёрцы к своей поэтессы. «Бабье лето в Белоозерске" (а именно так называется праздник) посетили и столичные писатели, среди которых был поэт Анатолий Вертинский.

Михась Скобла: "Анатолий, подобных аншлагом на литературных встречах я давненько не видел. Гости из Бреста, из Минска, из Иваново, из Пружан, из Белостока. Ожидали ли вы встречи с таким" Бабьим летом Нины Матяш "?"

Анатолий Вертинский

Анатолий Вертинский: "В некотором смысле, ждал. Ведь мне приходилось ездить к Нине Матяш в Белоозерск и раньше, ездить в ее родную деревню Нивы (ныне окраина Белоозерска), и всегда приходилось наблюдать нечто подобное. Приезжали мы для участия в литературных вечерах, которые Нина там организовывала . А она, кроме Брестского отделения Союза белорусских писателей, правила там литературным объединением «Очаг». Приезжали по поводу ее юбилеев (50 и 60 лет). И тогда уже я знал, как знают и любят Нину Матяш ее земляки. Мнагалюднасьць , внимание, уважение, необычная почитание к ней как лица, поэтессы, как просто близкого, родного человека. Хотел бы назвать подруг Нины Язэпавны, которые устраивают эти чтении: учительница Галина Скорина, директор Белозерской городской библиотеки Тамара Кузнецова, преподаватель Брестского университета Светлана Вароник. Низкий им поклон за это! "

Скобла: "Вот уже два года прошло, как Нина Матяш отошла в лучший мир. Когда-то Анна Ахматова заметила, что когда человек умирает, изменяются его портреты. С учетом того, что при жизни поэтов редко оценивают объективно, изменилась ли в нашем обществе понимание того , кем была и есть у белорусского литературы Нина Матяш? "

Вертинский: "Я до выражения Ахматовой добавил бы еще одно изречение: смерть — великий художник, она начинает создавать портрет человека, который оставил этот мир. Создавать — конечно же, метафора, образ. В данном случае это проявилось само по себе, естественно, в человеческом плане . Это праздник отмечался тем, что многие строки Нины Матяш, которые мы читали, знали и цитировали как строки-признания, строки-исповедь, строки-проповедь, эти строки для нас стали уже заветом. «Есть единственное счастье — жить," — кажется , более лаконично и сильно не скажешь. Или — "жизнь дается, чтобы радость с отчаянием учились мы примирять". Об фигуру Нины Матяш в Белоозерске глубоко и интересно говорили Алесь Рязанов, Геннадий Проневич, Алесь П
ашкевич … "

Скобла: "Не давымотвайце мне силы и не доводите до предела, где путь мой на краю могилы упрется в черные кресты," — писала Нина Матяш в своей последней прижизненный книге. Мы с вами были на кладбище в чистом поле под Белоозерский, где нашла свой последний покой поэтесса. Там, на кладбище, мне вспомнилось, что и могила Янки Брыля не в Минске, а в неблизкий Колодищах … Почему сегодняшняя белорусский власть и мертвых писателей словно боится? "

Вертинский: "Она их и действительно боится. По той простой причине, что они олицетворять собой белорусскость. А к белорусскости наша власть известно как относится. Синонимом к слову" патриотизм "является слово" любовь ". Любовь к тем, кто любит Родину, кто верит в Родину, надеется на ее лучшее будущее. Помнишь, в декабре 2008 года мы с тобой были свидетелями того, как власти не разрешили гражданскую панихиду во время похорон Нины Матяш. Из уважения к светлой памяти Нины Язэпавны мы не будем сейчас говорить о некоторых деталях. Разумеется , что Нина Матяш должна была быть похоронена на старом кладбище Белоозерске, там, где похоронены ее родители и сестры. Жаль, что не хватило мудрости тем, кто это решал, кто за это отвечал ".

Скобла: "Как известно, Нина Матяш была не только замечательной поэтессой и переводчицей, но и общественной деятелем. Она в очень непростое время возглавляла Брестское отделение Союза белорусских писателей. Может быть, коллегам все же стоило ее поберечь?"

Вертинский: "Не делайте мне скидок. Ни в чем". Это слова Нины Язэпавны. Так что не знаю, удалось ли бы ее "поберечь". Я хотел бы обратить внимание слушателей "Свободы" на чрезвычайно высокий авторитет Нины Матяш на всей Брестчине — именно в ипостаси руководителя областного отделения СБП. Мог лично убедиться в этом во время литературных встреч с украинскими литераторами в Бресте, во время выступлений в университете, в областной библиотеке. Когда встал вопрос первого присуждения Брестском облисполкомам премии имени Владимира Колесник, то премия, благодаря высокому моральному авторитету Нины Матяш была присуждена нашему представителю, представителю Союза белорусских писателей ".

Скобла:
"Хочу жить медленно", — вспомнился мне ваш строку. Ваши частые отъезда на дачу, в лес — это также попытка как-то замедлить течение жизни, найти укромный уголок для творчества? "

Вертинский: "На даче у меня есть очень уютная мансарда — как раз на уровне вершины яблони, которая подходит к самой дома. Там хорошо думается и пишется. Там я в последнее время готовил сборник стихотворных миниатюрами — двустрочий, васьмирадковяв. Сборник должен на днях выйти в издательстве" Голиафы ".

Анатолий Вертинский. Из новых стихов

О горе

Беды бывают большие,
беды бывают меньше.
А горе тому худшее,
что оно — безграничное.
Горе … Оно — как горы,
оно — как темные недра.
И мы перед ним — без опоры.
Как прах по ветру.
Перед его зданием
мы только частицы, пылинки,
только травинки, былинки,
объятые страхом.
Горюем, братья, друзья?
Горюем, мои дети?
Ловим того на слове,
кто говорит о счастье на свете?
Горюем во, доченька?
Ты в школе слышала часто,
что как для полета птица,
так создана ты для счастья.
Птица вправду летает.
Почему не летать, не петь ей?
А ты вот опять в больнице,
снова в больничной палате.
Везу я тебе лекарства,
везу тебе передачу,
тяжелые имеет веки,
в душе своей плачу.
С горестью я бы справился скоро.
А тут же что-то безутешно.
А как одолеешь горе,
если оно безграничное? ..

Констатация

Господину Стефану Эриксону,
Чрезвычайному и Полномочному Послу
Королевства Швеция в Беларуси

Он — Полномочный самом деле.
Знал король, кому доверить полномочия.
По крайней мере, для таких, как сегодня, встреч,
полных дружбе и солидарных эмоций.

Он — Чрезвычайный точно.
Он — патриот своего королевства.
И он так освоил нашего языка лады,
словно начинал на нем говорить с детства.

Да, он посол, каких мало видел мир.
Посол Чрезвычайный, необычный —
и как сын родины своей, как шведы,
и как беларушчыны друга отчаянный.

Реплика в дискуссии о правописании

Основатели нашей грамматики
были способны очень прагматики.
Скажу больше — они были гении:
НЕ выдумываем, не мудрствовали
(Гениальное все — простое).
А решил
и так родители крестные:
как мавляецца, артыкулюецца,
точно так же и слышится.
А как слышится, так и пишется,
так на буковки, звуки нижацца.
А как пишется, так и читается,
так друг с другом здесь сплетается:
Какой звук, такая и буква —
неразделимы, неразьлитыя.
Говорю псэвдарэфарматару:
"Не трогай мою орфографию —
или не самую удачную,
или не самую совершенную.
Она согласована с Всевышним.
Мы как слышим, так и пишем.
Так, как пишем, читаем, — с согласия
свои родное матери-природе.

***

Грех чувствовать себя нелюдимом-сиротой,
смотреть обиженно на свет право имею,
если есть Бог, небесный Отец твой
и Матерь земная есть — природа родного края.

SQL - 19 | 0,478 сек. | 7.46 МБ