Календарь

Апрель 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Фев   Май »
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930  

Архивы

Дикое Поле нашего подсознания

Общество
У Вас этим летом вышла книга исторической прозы "Ля Дикого Поля", а произведению с таким названием там нет. Это что, какой-то прикол? Здесь ли скрыт глубокий и доступный не каждому читателю смысл? А еще скажите, пожалуйста, что писатель чувствует, держа в руках только что изданную книгу? Я как раз готовлюсь к выходу своего первого литературного ребенка. Молодой литератор.

Ценю Вашу бдительность, коллега. Текста под названием "У Дикого Поля» в моей недавней книге выбранной исторической прозы действительно нет. Правда, он есть среди моих рассказов вообще. Это рассказ, посвященный вероятный автор «Слова о полку Игореве". Сам текст в новое издание как-то не вштукавався, а название (впрочем, он — тоже произведение) показался уместным.

Дикое Поле — это старинное наименование простора, откуда на славянские княжества врывались с Востока воинственные и беспощадные враги — печенеги, половцы, потом монголы. Однако для наших предков Диким Полем была и Московия, что вспадчыла порядки Золотой Орды вместе с ее военной доктриной и идеей господства над миром. Чем лучше монголо-татарских правителей (ярма которых мы, в отличие от России, к счастью, не познали) был великий князь московский Иван Грозный, который самозваный объявил себя царем? Его стрельцы, захватив в 1563 году Полоцк, сначала истребили все неправославные населения. Несколько десятков тысяч православных единоверцев потом погнали зимними дорогами в зависимость. Предание говорит, что московский государь собственноручно топил тогда подо льдом Двины и Воловьего озера еврейских младенцев.

Трагические события той, Ливонской войны стали, кстати, "историческими декорациями" повествования "Три супруги госпожи Доминики", открывающее сборник "У Дикого Поля».

Но смысловые пределы этого понятия, безусловно, шире. Из истории мы знаем, что тьма и смерть приходили к нам не только с Востока. Кроме того, свое Дикое Поле есть и в сознании или подсознании каждого из нас. Наверное, мой сборник и об этом тоже.

А теперь насчет ощущений автора, который берет в руки новую книгу.

Вы знаете, когда выходили мои первые книжки, я сравнивал свою радость с той, что охватывала, когда рождались сыновья. Со временем и с количеством изданий ощущения, безусловно, становились не такими возвышенны. Но если книга пробивалась к читателю долго и с трудностями, чувства снова обострялись. Как, например, было с детской книжкой "Откуда наш род" и с "десятью веками белорусском истории", написанной в соавторстве с Геннадием Сагановичем. Обе эти книги издательства "Беларусь" и "Художественная литература" исключили из планов выпуска после референдума 1995 года. Мне сообщили, что сейчас такая литература не является "социально значимым". Но в нашем социуме существовала, как говорится, и другое мнение. Благодаря ему нашлись спонсоры, и книги вышли, причем даже несколькими изданиями. К радости присоединилась и чувство уверенности, так как это были первые в моей практике книги, увидевших свет в независимых издательствах. На поддержку нынешней государственной власти я уже давно не рассчитываю. Дай Бог, чтобы хотя менее мешала.

Однако уже давно наибольшее вдохновение я чувствую не тогда, когда беру свою новую книжку во собственные руки, а когда вижу ее в руках незнакомого мне человека. Причем не на презентации или литературной вечеринке, а где-нибудь в метро или троллейбусе. Тогда, когда читатель нашел книжку, так сказать, самопаса.

После такой встречи хочется не познакомиться с читателем (а то еще подумает, что это первый случай в моей жизни), а скорее снова устроиться за письменным столом.

Пусть у автора вопроса и во всех моих коллег-литераторов таких встреч будет больше!

Теги:

орлов

SQL - 19 | 1,089 сек. | 7.38 МБ