Календарь

Январь 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек   Фев »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  

Архивы

Татьяна Седова, директор «Радио Рокс-М»:

«Я никогда не подставляла подножек конкурентом»

Давно я «подбиралась» к ней. Наверное, с тех самых пор, как в белорусском эфире появилась первая FM-станция «Радио-Рокс», которая тогда еще рэтранслиравалася с России. Появилось, благодаря ей и ее членам. Это было событие. Во всяком случае, для 1992 года. и инициатором этого события стала Татьяна Седова, некогда — начальник бюро технического контроля завода имени Ленина, потом — бессменный директор «Радио-Рокс» в Минске.

Ее нетрудно застать в офисе. Ее двери всегда открыты для клиентов и сотрудников. Она сразу соглашается на интервью, хотя в свое время потерпела от «статейки» нашего брата-журналиста, построенных на непроверенной информации. У нее сложный и двойственный характер, однако подчиненные «за глаза» называют ее «мамой Таней».

— «Одиозной фигура, очень популярна в радийных среде», «человек настроения», «большая и ужасная» — это все про вас, Татьяна Леонидовна …

— Меня всячески называют …

— Говорят, если что-то вам не понравится, и уволить можете в два присест?

— С этим нет проблем. Хотя есть у меня одна отрицательная черта — вот выгоню человека, а потом начинаю переживать: зачем это сделала? Надо было дать ему шанс … Несколько раз даже отменяла свое решение. Но со временем поняла, что разбитый кубок НЕ склеиш. Человека не пераробиш, не выправиш, а во второй раз прощаться еще более трудно.

— По-моему, в «Рокс» открылось второе дыхание. Слушатели «наелись» новыми радиостанциями, которые, как грибы, начали появляться в последнее время на FM-диапазоне. и начали возвращаться к прежним приоритетов.

— Возможно … А с чего вы это взяли?

— А разве вы не следите за рэйтынгами?

— Я — працивница всяких рейтингов, потому что не верю в их объективность. Люди, которые проводят опросы, обычно идут по пути наименьшего сопротивления. Не каждый серьезный человек будет контактировать с какими-то сомнительными «сацыёлагами, которые приходят с улицы. Поэтому они и стремиться туда, где проще добыть информацию — на рынки, в массы … Рейтинги, которые у нас печатают, это, по меньшей мере, несерьезно. Совсем не обязательно, чтобы радиостанция звучала в каждой подворотне или на Комаровке, либо в коммерческом киоска. Для меня не самоцель, чтобы нас слышала вся республика, хотя она и так слышит. Я хочу, чтобы «Рокс» был элитарный, интеллигентной радиостанцией, которая несла бы настоящую культуру в «массы». Или хотя бы … не раздражала.

— Вы идет на какие-то компромиссы со слушателями, чтобы привлечь их внимание? Развлекают их, например, рускамовными хитами?

— Как раз наоборот. В этом плане «пройти» в эфир может разве что «Машина времени» — старый добрый рок. и никогда — Филип Киркорав, да его никто и не заказывает. Знают, что это — не «наша». Мы не адыходим от своих приоритетов — отдавать эфир качественному, мелодичный рока.

— и вы никогда не изменяли себе? Даже в середине 90-х, когда московский «Рокс», который вы тогда еще рэтранслиравали на Беларусь из России, обанкротился, и ваша судьба висел на волоске?

— Даже тогда. Это был тяжелый период. Как сейчас помню — в начале марта, накануне женского праздника, позвонили Москвичи и сказали, что «Рокс» больше не будет, а через час они отключают спутниковую связь … Я испытала шок. У нас — никакой собственной базы для передачи, никаких ди-джеев, никакого отдела новостей …

Мы вынуждены были в короткие сроки, почти на голом месте сделать свой «Рокс-М», выкупившы права на «имени» в бывших хозяев. и в 10 часов утра 30 апреля Володя Туз, который к этому времени перебрался в Минск, вышел в эфир … Это был настоящий бум! Я не ожидала, что столько людей воспримет нашу, собственно радийную событие как нечто эпохальное. Нас буквально завалили тэлеграмами, факсами с поздравлениями …

— Кстати, Владимир Туз, по моему мнению, был знаковой фигурой для «Рокси». Когда он появлялся в эфире, музыка отходила на второй план.

— Вот тут согласна. Когда работал Володя, хотелось, чтобы быстрее заканчивалась песня. У него была масса поклонников. Все ждали — что он скажет, все любили его чудесный голос. Профессионал, эрудит, всесторонне развит человек с высоким уровнем внутренней культуры, всеобщий любимец. Слушать его было одно удовольствие. Из-за семейных обстоятельств Туз вынужден был вернуться в Москву. К сожалению, сегодня я должна констатировать, что в белорусском FM-диапазоне нет ни одного ди-джея, который бы увасобив в себе качества Валоди и вообще «роксавцав» начала 90-х. Хотя есть те, которы
е приблизились к необходимому уровню, — Сергей Прохоров, например.

— У вас кадры решают все?

— У меня кадры не решают ничего. Возможно, это неправильная политика.

— Тогда каким образом вы подбираем ди-джеев? На что обращаете внимание?

— Эрудиция плюс человеческий фактор. Люди должны излучать добро. Это всегда чувствуется в их интонации — через нее в эфир «выходить» душа. Случается, слушаешь какую-нибудь станцию и не можешь понять, почему тебя все раздражает. Кажется, и музыка такая же, как и на остальных, и новости такие же — а недовольство разрастается, хочется нажать кнопку и «выключить» ди-джея с эфира.

— Если человек собирается от вас уйти, вы пытаетесь его задержать? Или — баба с возу? ..

— Да мы ему еще и подарок дарим на дорожку: прощай, милый!

— А назад «заблудшую овечку» можете принять?

— Не всегда. Это зависит прежде всего от порядочности человека. Некоторые переходят на другую радиостанцию и одновременно выносят весь мусор из дома, рассказывают такие байки, которых и близко не было. Я все это знаю. А, случается, молодой человек просто ищет свое «я» … Мудрость и зрелость приходят с возрастом.

— Радио-бизнес вроде шоу-бизнеса. Чуть зазявався — и вышел в тираж. Вы, Татьяна Леонидовна, из породы «акул» или относило себя к более миролюбивых существ?

— Я надеюсь, что отношения в нашем FM-эфиры находятся на более-менее цивилизованным уровне. Пытаются некоторые друг друга проглотить, но я в этом не участвую. Я считаю, что каждый человек в состоянии самостоятельно определять свою судьбу, зачем ему мешать? Я никогда не подставляла подножек конкурентом и НЕ стремилась увидеть их падение.

— Но с появлением конкурентов «Рокс» сдал позиции, потому что часть слушателей «перекинулось» до других радиостанций. Это вполне естественный и понятный процесс. Однако не можете же вы закрывать на это глаза?

— Мы с конкурентами и не ссоримся, и НЕ сотрудничаем. Я стараюсь конкурентов … не замечать. Чего не могу сказать о них самих. Когда открывала в Минске «Русское радио», конкуренты в беседах с представителями ведущих компаний — наших потенциальных рекламодателей — стремились внести дэзинфармацыю поводу меня. Рассказывали, что Седова распродала всю радиостанцию дотла, что «Рокс» больше не будет. Подобная информация стала появляться и на страницах некоторых газет. Прессинг шел сильный. Такая «раскрутка» здорово била по карману. Сегодня я не хочу ни встречаться, ни выяснять отношений со своими конкурентами. и ничего никому не собираюсь доказывать, тем более у кого-то что-то просить. Я варуся в собственном котле, не собираю сплетни и НЕ интересуюсь, как ко мне относятся другие FM-станции. Со мной вообще непросто общаться.

— Говорят, собаки лают, караван идет … Чувствуется, что вы — «боец» закаленный, которому уже нечего бояться.

— Я так не сказала бы. Мне всегда страшно за людей, которые со мной работают и за которых я отвечаю. Крывдицелям я не мщу, однако стремлюсь так поставить человека на место, чтобы у него навсегда исчезло желание мне мешать. Лучше сразу отрубить больное место. Если тебе изменивших один раз — в любви, в дружбе, в деле — значит, смогут сделать это снова. А компромиссы я не люблю.

— Даже если речь идет о выжыванни?

— Сегодня, слава Богу, вопрос так не стоит. В общем, любую радиостанцию можно сделать жизнеспособной и прибыльной, это зависит от качества и наповненасци эфира. и даже не в хорошей музыке дело — ее хватает на всех FМ-станциях. Сейчас больше внимания требуют информационные блоки, на втором месте — музыка, ну и потом уже «клоунада».

— Вы можете позволить себе дать в эфир любую информацию?

— Нет, не любую. Хотя никто надо мной не стоит и никто мне ничего не запрещает. Но есть совесть. Я сама запретил службе информации выпускать в эфир непроверенные сообщения, в том числе и политические. Радиостанция не должна быть «желтой», когда она добивается уважения солидного людей. Другое дело — мы можем давать полярную информацию на одну и ту же тему. Но опять же — проверенную. Мы не работаем «по слухам».

— Кто определяет политику радиостанции?

— Я сама.

— А как в таком случае вы относитесь к чужим идеям?

— Ставился бы чудесно, если бы … они были. Так что если кто-то захочет что-то предложить — пожалуйста, мои двери всегда открыты.

— А может, ваши подчиненные вас бояться?

— Действительно … Я такая страшная! (Смеется. — Н.К.) А если серьезно — у людей просто накопилось усталость. Вокруг — множество проблем, к

SQL - 19 | 1,486 сек. | 7.5 МБ