Календарь

Январь 2013
Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
« Дек   Фев »
 123456
78910111213
14151617181920
21222324252627
28293031  

Архивы

Названия — в истории. История — в названиях

Алена Левкович

иГУМЕНСКи тракта

Самые долговечные и самые неподкупные свидетели нашей истории — названия поселений, в которых мы живем. Если, конечно, мы сами не заставляем этих свидетелей навсегда замолчать, змянившы им имя. Почти восемь веков прошло со времени сражения войск Миндовга от оков да Скирмунта с Балаклаем под Крутогорьем, а до сих пор есть на этой земле и станция Дзержинск (был бы и город, если бы не сделали в 1932 Дзержинском), и деревня Скирмантава в том же районе.

Десять веков прошло, как на Клеччыне после введения христианства Святополка Окаянного разбирали на части разбитого пирушку каменного истукана, а названия деревень и сегодня свидетельствуют, кому из жильцов что досталось: Головачи, зубки, Пузово, Цыцкавичы (с 1964-го называются Рассветнай), Блячин ( ныне — Садовая), Узноги … Разбил Михаил Глински под тем же Клецком в 1506 году крымских татар, а тем, что остались живыми, позволил поселиться в окрестностях — до сих пор живут, возможно, их потомки в Орде. Не в какой-то там не наших — деревня такая у Клецким районе есть …

Новейшая наша история также оставила в белорусском тапанимицы след. Да еще какой — значительный и черный. Исчезли с карт (но, слава Богу, не из людской памяти) Дзержинск и Пропойск, Каролин и Князева магией, Божий Дар и Шаламов. Они получили имена безабличныя, но «созвучны со временем» и идеологические выдержанные. Они — тоже страница в летописи Беларуси, о которой уже не закрэслиш и не вырвал. Лучше ее с интересом почитать, чтобы знать, чтобы не повторять подобного, если доходили иногда до глупого фанатизма.

В Государственном комитете по земельным ресурсам, геодезии и картографии и сегодня хранятся постановления правительства БССР о переименовании населенных пунктов, начиная с 1938 года. Самый страшный год для белорусских названий — несомненно 1964-ты, когда рядом с действительно немилагучными (Ушывцы, Гавенавичы, Скулавичы) были уничтожены и совсем безобидные, нередко с интересной и давней историей (Аннаспаская, Сыворотка, собачки). Одним только Указом от 30 июля 1964 год было переименовано более 320 деревень. Было достаточно одной печати и одного подписи.

Но, кажется, наибольшее интерес имеют довоенные переименовании. Тогда новое название довольно часто давали не потому, что старую из идеологических или эстетических соображений нужно было срочно менять. Просто надо было как можно больше нанести на карту таких, которые бы свидетельствовали о построении социализма и диктатуру пролетариата.

Иногда доходило до абсурда: в Дрысенским районе (с 1962 года Дрисса называется Верхнедвинского) в 1938 году появились две деревни 1-го Мая (одну образовавшими знобящая, Масарэвшчына, Кашковицы и Дубровшчына, злившыся в один колхоз, второй стали Горовцов). Этого показалось мало — тогда же в районе деревня Бузава стала называться Первомайской. Но и этого было недостаточно, и уже через год в том же районе появилось … еще одна деревня 1-го Мая — вместо той, что издревле называлась Башки. Название 1-го Мая получили в то время и Кабылёва Василевицкага района, и Андрынск Лепельского, и Господа Дрибинского. Больше всего «повезло» тогда Хаевшчыне, что под Суражем: ее назвали Майское втрое. (Названия, по правилам, не переводятся с языка першакрыницы, а першакрыницы — выписки из указов и постановлений — на русском языке).

Второй значимый для социалистического общества месяц — октябрь, а точнее — «акцябр», тоже не был в конце 30-х обделен вниманием. Колхоз «Красные Кабыльники» на Лиозненщине перайменавали в «Вперед к коммунизма», деревня же Кабыльники стала называться Октябрем. В Лепельским районе «Октябрь» появилась аж два: один — просто Октябрь (вместо Климонцава), второй — Красный (вместо названия Иван Бор). Еще один Красный Октябрь в Дрысенским районе заменил собой банальные быка. Ново-Святое возле Речицы стали называть «20-лецие Октября», даже Цыганава в Сенненским районе стало Октябрем.

Имена героев молодой советской страны также было решено увековечить в названиях белорусских деревень. иконки в Чашницким районе сделали Ульянавкай, в Лепельским районе появились аж две деревни имени Чапаева (они к тому времени звалися Кобылянка и Юркава Стена). Попова Лука под Расонами и Чапелина под Оршей, сами того не ожидая, стали копытами «цёзками». НЕ обошли вниманием и Семена Михайловича Буденного — его имя стали носить усы Оршанского и Буй Сенненского районов, а в 1949-м отдельным указом стала буденовку и деревня в Ошмянском районе — Святой Дух. Имя «всесоюзного старосты» Михаила Калинина было присвоено Реут-Полю на Лепельшчыне и Убибачкам на Любанщине: обе стали Калинавками. Кстати, Убибачки, несмотря на «нежность» названия, легенду о своем учреждении имеют не очень «нежную»: деревня получила это название (в первоначальный варианте — Убибацьки) по приказу церкви, когда сын убил отца при разделе земли. Помянули и о убитого в 34-м Сергея Мироновича: почти тезки Лукаеды Комаринский и Махаеды Наровлянского районов стали абсалютными цёзками — имя Кирова. Такое же имя получили и Старцы в Киравским, и Святое в Рагачовским. Святацк под Наровля стал имени Дзержинского, а грабовых Грива около Буда-Кошелево получила «актуальное» имя — Чалюскин.

Как символ того времени появились «Жызни» в различных вариациях. Так и сделает и Загалиха стали Новой, а в Лепельским районе родилось не только Свободная жизнью (вместо изабэлина), но и Блаженная жизнью (вместо Карсаршчыны). Вороны и Горюнов стали Свободой, Мыцькава, Тупицы, Кабыльники — победа. А чтобы жители села князья, что около Суража, не слишком расслаблялися и гордились, их поселений «вляпили» новое название — 2-я Пяцилетка. А Чартовшчына в Сенненским районе одним росчерком пера превратилась не в пустое дело — в Парижскую Коммуну.

Именно в конце 30-х многие деревни Беларуси пакраснели». Так, появились в то время Красная Заря (Шчацинка в Оршанском, Поповка в Чашницким районе), а Попов Кошель в Лепельским стал просто взревел. В Расонским районе стали аж два Красные Маяки (вместо Старина и Коптюга) и два Красные знамений (вместо Кулешова и Шуляцина). Черная Лоза около Лепеля стала Красным Васходам, а села-тезки Пляшки этого же района стали называться: одна — Красное Село, вторая — Расцвет …

Действительно, историю можно изучать по названиям. Следующие строчки — яркая илюстрацыя к информации о развянчанни культа личности. С 61-го по 64-й указы повелевают: переименовать «деревню Сталина Уваравицкага района в Октябрь», «поселок имени Сталина Буда-Кошелевского района в поселок Рошча», «поселок имени Сталина Гомельского района в поселок Мирный», «поселок имени Ворошилова Речицкого района в поселок Вознесенский »,« поселок имени Сталина Быховского района в поселок Дружба »,« поселок имени Сталина Буда-Кошелевского района в поселок Луговой »…

Историю можно изучать по названиям. Но стоит пытаться создать свою историю, исконные названия меняя? ..

***

В январе мы уже писали о конкурсе «Памяти исчезнувших деревень», который объявила Минское областное общество охраны памятников истории и культуры совместно с управлениями образования и культуры Мингорисполкома. Как и обещала, знакомлю вас с некоторыми работами, даслаными на конкурс.

«Славное дело вы начали, как раз в самое время, — пишет жительница Смалявич Зинаида Ерахавец. — Меня тоже эта тема очень трогает, хочу и внести свою лепту в общую историю-копилку. До войны мы каждое лето приезжали к бабушке в деревню Чарницкая Слобода (сейчас ее ошибочно называют Вартовская или Пякалинская Слобода). Свое название «Чарницкая» деревня получила от реки черники, что начинается недалеко от кладбища … Недалеко разместился луг-река Лунявка. Само название говорит, что река «витает» — то появляется, то исчезает. Лунявка — это приток черники, но рекой она бывает только весной, заканчивается паводок — пропадает и вода в реке. Об этом существует интересная легенда. Когда-то река была широкой и полноводной. В ней утапився цыгански мальчик, и тогда его мать прокляла реку, бросив в нее гребень. Река пересохла, осталось только несколько метров у большой устья, а там, где она начиналась, — луговину, где бьют источники »…

Директор Вязынскай средней школы Вилейского района Раиса Филистович прислала на конкурс рассказ о своей родину — деревню Рыбчына, что исчезло под волнами Вилейского вадасховишча. «Стало уже доброй традицией, — пишет Раиса Константиновна, — что на Троицу бывшие жители Рыбчына проводят день памяти своей малой родины.

С каждым годом людей на берегу вадасховишча, там где Вилли сливалась когда-то с Илия, становится все больше. Их не надо приглашать специально, они приходят и приезжают сюда по Клича сердце … В 73-м году, когда деревню начали ссяляць, в 117 домах проживали 504 человека. Сейчас на месте некогда трудолюбивого и веселой села с уласцивыми только рыбчанцам характером, обычаями, традициями плешчуцца волны Вилейского «море». и только южный ее край на холме остался незатопленым. Сейчас там на месте бывших усадеб установлен памятник — валун с Рыбчанскага поля с прикрепленным на нем гранитных плитой. На плите — надпись:

Сцерся след

твоего дома деревенской,

Словно отродясь его не было.

Память деревни,

затопленной морем,

Согревает воспоминаний тепло … »

Напомним, что конкурс «Памяти исчезнувших деревень» продолжается до 30 декабря. Еще не поздно рассказать о милые сердцу места, которые остались только в вашей памяти.

Ваших письма ждут по адресу:

220029, Минск, ул. Сторожевская, 5, комната 31, справки по телефону: 234-05-15.

***

По моему великой радости, продолжают идти интересные письма и собственно на «игуменски тракт». Как пример — письмо с деревни Каменный Борок Березинского района от Владимира Лесун:

«Между деревнями Руденко и Каменный Борок стоит небольшой сосновый бор, который имеет необычное название — Кубарова роще. Почему «Рошча» — никто не знает. А вот Кубарова …

Однажды Никифар Самец, возвращаясь из леса, увидел на поляне много красных земляника. Ягоды не было во что собрать. Тогда Никифар сделал из бересты кулек, набрал в него земляника и пошел домой. В деревне его встретили женщины и спросили: Что это у тебя, Никифар?» — «Да вот, сделал из бересты кубарык да ягод туда набрал». Засмеялись женщины из этого «кубарыка» — придуманного Никифарам слова. А к «автора» и его потомков прилип прозвище Кубор.

После войны сын Никифара в 27 год стал председателем колхоза. Был молодой, инициативный. На одном неплодородной холме, чтобы снизить налоги на землю, и посадили по его приказу Кубарову рошчу. Эту историю рассказал мне сам Владимир Никифаравич, к сожалению, уже покойный »…

Не сомневаюсь, подобные истории (а может, даже занимательнее?) О происхождении названий есть и в вашей местности. Не держите это сокровище при себе, падялицеся им со всеми, написав на «игуменски тракт». Наши названия — это наша история. Давайте писать и изучать ее вместе.

PS Автор выражает искреннюю благодарность Зои Минич, Натальи Авраменко и Александру Балоцину за помощь в подготовке материала.

SQL - 19 | 1,246 сек. | 7.45 МБ