Я нерусский

Для советских малых услышанное от взрослых оскорбительное "да он нерусский" отложилось в голове устойчивой формулой и вооружила целое поколение инструментом гнобленьня.

Но оказалось, что довольно временно. И как-то слоисто и поверхностно. Даже тогда, лет сорок — пятьдесят назад, мы в знаковых ситуациях формально вызнавалися русскими, но фактически и полностью ими не были. Например, в самой распространенной игры в войну никто из ребят не хотел быть "немцам", все "русскими".

Поляки как почти немцы

Почти так же плохо мы относились к тому, чтобы назваться поляками. В соседнем городке Порозово люди называли себя поляками, — наверно, записались ими ради каких-то выгод, либо под давлением, либо и то, и другое. Хотя говорили и говорят дома на более чистом белорусском языке, чем народ вокруг. Так определенная мера отчуждения чувствовалось, и прозвища "Пшек" и "Казинца" (те коз растили) были, как помню, самыми ласковыми.

И все-таки это была община, которая жила рядом, — соседи. Браки между церковной поляками и белорусами вовсе не были табу. Есть здесь такой обычай, — обозначать начало деревни или городка крестом. Сейчас перед Порозово стоять православный и католический железные кресты, делаемые одним мастером и в одной ограде.

Русские и "рюские"

Другое дело русские. Когда к нам в школу из райцентра приехал новый директор (поместили с директорства совхозам за пьянку), и его сын начал говорить с нами по-русски, мы секунду поражена молчали, а потом грянули веселым хохотом. Как это говорил Лев Толстой о поэзии? Это когда вместо того, чтобы ходить нормально, человек танцевать. Так и для нас была эта возня "гарацких". И что — через какое-то неделю переучился парень, начал дэкаць и цекаць по-нашему.

Ради гендерной справедливости, и сам по себе пример показателен — была в деревне и своя "Гарацкая". Это прозвище женщине приклеили, так как очень хотела выйти замуж, ради этого поехала в городок и там выучилась русскому языку. Попыталась на нем говорить и после того, как вернулась с отродьем в подоле домой, а промозглый подруги по женскому цеху сразу ей шлеп! — Лейбл довольно обидный приклеили.

Зачем людям Рождеством

Сейчас слышу иной поворот дел. Белорусы массово перафрахтавали своих детей в города, подальше от деревенского крепостничества. "Мы не жили, то пусть хоть дети поживут". Естественно, там те чувствовали себя Примаков и постарались, как это в натуре, подстроиться под небелорусский город. Но отнюдь не стали "Гарацкими".

Много раз слышал и читал, как по-русски уже ругают тех самых русских. Корни массового исповедания здешних людей как белорусов глубокие.

Поэтому, когда на их вопрос, почему я не говорю по-русски, слышат ответ "Потому что я нерусский", — поэтому такое объяснение их вполне устраивает.

После подростковых гульбище с слоганом "нерусский" я узнал, что когда-то давно мой дед по материнской линии Константин не вернулся из Петербурга. Полгода зарабатывал там на цукеркавай фабрике на инвентарь в хозяйство, а потом написал письмо, что получил расчет и едет — и никогда его никто больше не видел.

Таких историй много. Россия многими воспринимается как зона опасности, и это не плод каких-то писателей вроде меня, — это объективно написана история, которая сложилась из историй, — судеб субъектов. НЕ пересказывая историков, которые пишут о войнах, захваты, геноцид, наведу более мелкое поле зрения.

Сейчас нужда выжимает белорусов, особенно из городков и районов, на заработки за границу. То же число тех, кто вернулся из России в гробах или пропал там, идет на сотни, а может уже и на тысячи. Фактически, повторяется история прошлого века, равно что пропорция выездов наших людей путем нехитрых манипуляций косо на Восток. Раньше и полешуки, и литвины ездили на заработки аж в далекую Америку. И ездили в Россию. Что-то не слышал я, чтобы кто-то слишком разжился с восточной вояжа. А вот о различных Петрук-американцев и Базылев-парагвайцы слышанное-перачута, кто привез деньги на хорошую жизнь. А и оставались некоторые там, но не так, как мой дед, в непонятно какой яме закопаны или воде утоплен. Одно из Брестчины из той волны эмиграции в США и Канаде жили четверо миллионеров.

Почему русскости жалко

Для меня назваться нерусским не такой простой выбор. Ибо знаю, что Статут ВКЛ написан именно на "русском" языке, которая фактически является старобелорусском. (В русскоговорящие Википедии этот язык захавальна для себя перахрысьцли в "западнорусский язык"). То же, и что к первой для восточных славян Библии, изданной Франциском Скориной (1517) за 64 года до того, как она вышла в Московии работой изгнанного из Москвы белоруске Ивана Федорова; в самой Москве ее напечатали еще через 82 года. Как свидетельствует на основе документов историк Михаил Голденков, примерно в то же время одному мещанин около Москвы понадобился переводчик (с финно-угорской речи на "русский" уже язык), чтобы доказать в московском суде права на землю. Как филолог, понимаю, что взяв себе язык, забирали тем самым и территорию (Русь на Украине со столицей Киевом, а Литву, чтобы усвоить, назвали Белой Русью), и историческое наследие. Видимо, у меня отобрали право называться русским еще за четыреста лет до моего рождения? Так стоит ли от него отказываться только потому, что забрали и присвоила?

Посчитал, стоит. Я нерусский. Что касается русских, то не поворачивается рука написать о ком-то, что он говорит или пишет на русском языке. Чаще всего, после непродолжительной борьбы, пишу "на российской".

Евгений Беласин, 04.07.2012

http://arche.by/by

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: