Загадка … Нового века

Валентина Довнара

Привыкает человек … Ко всему … К чудес — тоже. Один из них — сейчас на дворе, и название ему — весна.

Незаметно она начинается — с короткого редкого тепла, с деревенской грязи, из городского толстенная слоя грязи и мусора, до поры закрытого снегом, с вдребезги разбитых дорог …

Что (говорят, кстати) совершенно и не плохо, даже полезно. Ибо, легкое, но все же сотрясение мозга свидетельствует о том, что они, как минимум, есть!

УМ — прибудет?

Валик «подъезжает» издалека: говорит о том, о сем … Спрашивает наконец:

— Скажи, что такое прерогатива?

Словаря под рукой нет, говорю, как понимаю, о каком особое, исключительное право, которое дается …

— Во-во, — радуется валик. — и я так понял! и в глаза ей: мол, белье стирать …

Впрочем, нет — тут надо сначала.

Валик — человек обычный: город за спиной, школа и служба. Женитьба еще, после которой он к жене в общежитие прописался … Устроился на завод. А сын явился, им в трехкомнатной блоке (с отдельным душем, санузлом) два меньшие комнате отдали, а в большем — девку пасялили. Уже в годах.

— Внешне — ничего так, — рассказывал сосед. — и образованная. Сведения — докторша.

Докторов валик уважал, поэтому первым постучал в соседское дверь, представился, сказал, что готов помочь. Ну мало ли что — гвоздь вбить, карниз повесить …

Девка с норовом оказалось: бросила, что ей от него ничего не нужно. А заговорил в следующий раз (спросил, сколько каналов по телевизору стала идти, как «тарелку» повесила) — и вообще носом накрученное: любопытство, мол, — это прерогатива женщин.

Валик — как плеткой … Вот и выдал ей, что белье стирать — прерогатива молодых, а ты в сумку наскладваеш и в деревню везешь, чтобы мать постирала.

…Не получилось, короче, добрососедских отношений. Но вывод есть, что образованный человек — не обязательно воспитан (а тем более разумный). А необразованный — совсем не значит плохой и глупый.

Страшно сила!

В троллейбусе мы ехали вместе. и вышли вместе. Но внимания на нее я бы не обратила: девчонка как девчонка. По крайней мере спереди. А вот сзади … Вообразите: жынсики — в расклешенные на бедрах, кармашка — адстрочаныя, сядалишча — выбеленные, спинка над ним голая и внизу, в конце позвоночника, — картинка какой-то … На татуировку похож … Не то цветок, не то бабочка … и как живой — движется … При ходьбе … Потом (под светофором) на хвильку замирае и оживает вновь: вместе мы переходим дорогу.

…Свет, кажется, было зеленое?

Впрочем, не уверена. Я. .. А что говорить о мужчинах?

ОНИ — НЕ МЫ

В субботу на ужин у нас драники. Сколько ни готовлю — воспоминание один. Как знакомый, с женой, первый раз гостил в Штатах, как, после первой же ночи на той земле, им принесли завтрак: банан (один на двоих) и по маленьким чашечке кофе.

Съели они, выпили … и невольно стали ждать обеда …

Напрасно, потому что был он примерно такой же, как завтрак!

Гостям не до экскурсий стало, даже — не до разговоров: человек же голоден ни на что не достоин?

Проверив это на собственной, как говорится, кожи, пришлось пойти в наступление: сказать, что ужин приготовят сами. Причем нашу, национальную.

Хозяева заинтересовались, обрадовались, помогли им купить продукты и даже пригласили своих родителей и соседей.

Все вместе они внимательно следили (даже «канспектавали»), как делается фарш, как на мелкой тарачцы рвется картофель, как добавляется в нее сметана и мука, как жарятся наши исконными драники …

Ели — аж за ушами трещало! Хвалили — ну всяческими словами! А потом сказали, что это (пусть и вкусно, и видели все, и рецепт записали!) Они готовить никогда не будут — трудно!

…Чудаки.

Или просто: они — не мы, мы — не они.

Домашнюю работу

Ромик плащаницы. и правдоруб. Говорит воспитательнице, что класс на прогулку не пойдет, потому что ей сегодня голова болит, дети вздыхают, но соглашаются. А он — нет. Он обязательно спросит, ну что с той головой и почему она начинает болеть именно тогда, как надо идти на улицу. и в столовой мальчик не промолчит. Говорит: хорошо, Лилия Петровна, что сегодня вы работаете, так как не вы, то и суп холодный, и чай несалодки …

Классной также достается. Сказала она, чтобы очередные деньги принесли, Леша с их класса тут же три тысячи из кармана вынул и отдал. «О, ты — самый лучший!» — Похвалил учительница. А Рома вслух заметил: «Я думал, Лешу вы за хорошие знания любите, а оно, оказывается, за деньги? ..».

К лучшему в мире изменилось не много — правды по-прежнему не любит никто. Соответственно — Рома дневник после каждог
о «выступления» «украшается» очередным записью типа: «Поведение неудовлетворительные». Обидно …

Но заболел он вовсе не из-за этого — вирус прицепился: две недели ученик дома просидел.

По поведении за это время ему «отлично» поставили.

— Вот, — сказал малыш, — теперь я знаю, что нужно, чтобы прикладным быть: не ходить в школу!

Секс — это ПРОСТО?

Доченьке Мяуканье 18 осенью было. Мать родню собирала, соседей, друзей … Тогда же, все вместе, воочию убедились — выросла ребенок. Красивое … Парни вьются … А наиболее — один.

— Должно быть, роман у вас? — Спросила за завтраком мать.

— Нет, ничего серьезного, — сморщила носик дочь. — Просто секс …

Мать — чуть не падавилася. Стала доводить ей, что не по-людски это — секс без любви, без чувств, что раньше — такого не было … Да и опасно. Дочь в ответ только посмеялась: старая ты, мол, и в современных нравах — «ни холера не смыслишь».

…Сейчас — «не смыслишь» сама. Почему-то, невесть как — забеременела. Аборт, знает, делать нельзя. Растить малыша без мужа — и стыдно, и трудно, и (у18) не хочется … Как и замуж выходить … Не любя …

…Если возьмет еще.

А казалось — все так просто!

Загадка … НОВОГО ВЕКА

Лаврэнавна лет 80 в деревне прожила и уже пятый — в городе. «Мэнчыцца» … Дочь забрала …

Квартира у нее, правда, просторная и с удобствами. Но (как мать говорит) «на виселицу» (пятый этаж), люди — не свои, воздуха нет. А главное — с дочерью нет понимания.

— Ну вот, — нашептывает мне бабушка, — приходит она вечером с работы. Я уже что-то пригрела, на стол поставила. Сядем, поужинаем с ней, пагамоним немного. Я тогда — талерачки мыть (не трудно же мне — вадичка горячая). А она — на завтра что-то приготовит и садиться телевизор смотреть. Говорю ей: «Доченька, пусть бы лучше в окно! ..» А потом: «Ну я уже старая, не вижу … А ты? Ты же не лентяйка у меня, не неудачник … Пусть бы ты повязала что, пусть бы вышила … ». Она мне: «Оставь, мама. Я устала, сил нет ».

А почему же их нет, детки? У меня же в деревне две фермы было: одна — в колхозе, вторая — дома (две коровки всю жизнь, свиньи, овцы, гуси …). Вода через три дома в колодцы, детей пятеро. А, или поверишь, — ни одно из них кое-как не спала. Навалки все в цветочки, прасцинки — с кружевами. Ткала сама, вышивала … Это же радость такая … Для своих, для детей …

А дочери — ни ей дрова носить, ни в печи курит … Сыночек один, в армии сейчас. и работа же нетрудное — за столом посидеть? ..

Так ты вот скажи: почему у меня силы были, а у нее — нет? От чего она так устает?

Бабушка молчит и как будто ждет ответа. Я — тоже молчу: думаю. Думаю (а как сказать?), Что дело, видимо, в экологии, в стрессах, в потоке негативной информации, в боязни потерять работу, в «окружающем» пьянстве и хамстве, в зависимости … От настроения начальства, от цен …

— Да откуда ей быть, данной силе? — Вздыхает наконец бабушка. — Тут же напрочь — лишь «химия»: ни вы по земельке живой идицё и тепло ее слышите, ни вы действительно что-то видите и радость имеете …

…Что не имеем, бабушки, как будто, не удивляет.

Чудо — что и не ищем!

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: